До 3 тысяч километров и дальше: как украинские удары на большие расстояния изматывают военную машину РФ

17:08 21 августа 2026

Война

Наталя Поплавська

Редактор

Украина продолжает наращивать потенциал для поражения целей в глубоком тылу России. Если ранее основное внимание уделялось ударам на расстоянии в сотни километров, то в настоящее время украинские беспилотные системы уже способны действовать на дистанциях свыше 2 тысяч километров, а отдельные разработки — даже дальше.

Об этом пишет «Акцент» со ссылкой на «Вечерний Киев».

О влиянии таких ударов на военную логистику РФ, её экономику, оборонную промышленность и способность продолжать войну говорили эксперты в ходе дискуссии в Киеве.

Основной тезис участников обсуждения заключается в том, что дальнобойные атаки оказывают воздействие не только в момент самого попадания. Гораздо важнее накопительный результат: России приходится ремонтировать объекты, усиливать их охрану, перебрасывать системы ПВО, перестраивать логистику и дополнительно тратить ресурсы на защиту тыловой инфраструктуры.

Удары всё глубже вглубь России

Украинские беспилотники уже демонстрировали способность преодолевать расстояния свыше 2 тысяч километров. В то же время, по словам экспертов, у государства появляются и системы, рассчитанные на поражение целей на расстоянии свыше 3 тысяч километров.

Среди ключевых направлений остаются объекты, непосредственно связанные с ведением войны: военная логистика, нефтепереработка, производственные площадки оборонного сектора, склады, транспортные узлы и другая инфраструктура, имеющая критическое значение для армии РФ.

Согласно данным, ранее обнародованным украинскими властями, только с начала года было выполнено более тысячи огневых задач по нефтяным объектам, критически важным военным производствам и логистическим цепочкам противника.

России приходится растягивать силы ПВО и ресурсы

Директор Агентства по реформированию сектора безопасности Виктор Ягун подчеркивает: оценивать эффективность таких ударов исключительно по количеству уничтоженных объектов — неправильно.

По его словам, системные атаки вынуждают Россию постоянно вкладывать средства в восстановление, перебрасывать средства противовоздушной обороны на новые направления, разосредотачивать производства и изменять логистические маршруты.

То есть даже в том случае, когда тот или иной объект не уничтожен полностью, сама угроза повторных атак уже создает дополнительные расходы.

Кроме того, у Москвы появляется всё больше стратегических объектов, которые необходимо прикрывать на огромной территории. Это создаёт дополнительное давление на российскую систему ПВО, которая физически не может одинаково плотно защитить все важные направления.

«Война экономик»

Главный консультант Национального института стратегических исследований Иван Ус обратил внимание на экономическую составляющую.

По его мнению, полномасштабная война всё больше переходит в формат изнурения, где решающее значение имеет не только количество вооружения, но и способность экономики постоянно финансировать боевые действия, ремонт, производство и логистику.

Именно поэтому удары по объектам в глубоком тылу имеют особое стратегическое значение.

Ранее Россия могла размещать важные предприятия и базы вдали от фронта, рассчитывая, что расстояние само по себе гарантирует безопасность. Сегодня эта модель всё меньше работает.

Под ударом — не только военные объекты

Особый акцент эксперты сделали на энергетической инфраструктуре РФ.

Поражение нефтеперерабатывающих предприятий и других объектов топливно-энергетического сектора может одновременно влиять на несколько направлений — обеспечение армии топливом, логистику, экономическую активность и экспортные доходы.

Для России это означает необходимость тратить дополнительные ресурсы не только на ремонт, но и на создание резервов, перенаправление продукции по другим маршрутам и усиление охраны крупных промышленных объектов.

Параллельно Украина сочетает удары на большие расстояния с атаками на ближнюю тыловую логистику и морские маршруты.

Такой подход позволяет оказывать давление одновременно на различные элементы российской военной системы — от производства до доставки ресурсов непосредственно ближе к фронту.

Могут ли удары повлиять на переговоры

Президент Международного института исследований в области безопасности Алексей Буряченко считает, что одной из ключевых задач является постоянное повышение стоимости войны для России.

Чем больше ресурсов Кремль вынужден тратить на защиту собственной территории, восстановление инфраструктуры и компенсацию потерь, тем сильнее становится внутреннее экономическое и политическое давление.

Эксперты предполагают, что в долгосрочной перспективе это может повлиять и на переговорную позицию российского руководства.

Речь идет не о мгновенном результате, а о постепенном накоплении проблем, когда продолжение войны становится всё более дорогостоящим как в военном, так и в экономическом смысле.

Внутриполитический эффект

Руководитель Центра политической разведки Олег Постернак обратил внимание и на внутриполитическую составляющую.

По его словам, российские власти на протяжении многих лет строили общественный контракт на том, что война происходит далеко и не должна непосредственно затрагивать большинство граждан РФ.

Системные атаки по объектам в глубоком тылу постепенно разрушают эту модель.

Чем шире становится география ударов, тем сложнее российской пропаганде поддерживать ощущение полной безопасности внутри страны.

Украина расширяет собственную номенклатуру вооружений

Параллельно Украина продолжает разрабатывать и наращивать масштабы собственных дальнобойных систем. Среди известных украинских разработок называют «Фламинго», «Пекло», «Паляницу», «Нептун» и другие системы.

Некоторые из них имеют заявленную дальность в тысячи километров.

В результате дальнобойная кампания Украины всё больше превращается не в серию отдельных ударов, а в системный инструмент давления на российскую военную машину. Она одновременно оказывает воздействие на логистику, производство, энергетику, ПВО, финансовые затраты и политическую цену продолжения войны.